Протокол судебного заседания как доказательство

Сергей Злобин: Фальсификация протокола судебного заседания — кривое зеркало судебного процесса

Протокол судебного заседания как доказательство

Зачастую протоколы судебного заседания как кривое зеркало в масштабах страны искажают содержание судебных процессов.

Казалось бы,  незначительная деталь, но протокол судебного заседания является одним из основных процессуальных документов, в котором отражаются все процессуальные действия, совершенные в ходе судебного разбирательства.

Протокол имеет важное доказательственное значение, его содержание, порядок составления и форма должны точно соответствовать требованиям закона.

Статья 229 ГПК РФ указывает, что протокол судебного заседания должен отражать все существенные сведения о разбирательстве дела или совершении отдельного процессуального действия.

Несмотря на вышеуказанную норму закона в таком важном процессуальном документе, как протокол судебного заседания, могут быть отражены не совсем полные или недостоверные сведения и действия, которые происходили во время судебного заседания.

Судебный протокол составляется и подписывается председательствующим и секретарем не позднее трех дней после заседания, а это значит, что данные лица несут ответственность как за его содержание, так и за сроки изготовления.

Ни для кого не секрет, что внесение должностным лицом, а также государственным служащим в официальные документы заведомо ложных сведений называется служебным подлогом, который влечет за собой уголовную ответственность.

А кому-нибудь известно о случаях привлечении судьи к уголовной ответственности за фальсификацию протокола судебного заседания?

Между тем отсутствие «фиксируемых» фактов в действительности или их неверная интерпретация делают документ юридически ничтожным, но ведь за каждым судебным решением стоят судьбы людей.

Хотелось бы верить  в то, что неполнота или недостоверность сведений в протоколе судебного заседания носит «бытовой» характер – невнимательность секретаря или судьи в силу служебной нагрузки, неисправность компьютерной техники и мн. др.

Но, к сожалению, как правило, «фальсификация» протокола необходима для того, чтобы «подогнать» под него «нужное» судебное решение.

Вынесение незаконного судебного акта, безусловно, умаляет авторитет судебной власти и вызывает сомнение в объективности, справедливости и беспристрастности судебной системы в Российской Федерации.

Согласно Гражданско-процессуальному кодексу РФ лица, участвующие в деле, их представители вправе ознакомиться с протоколом и в течение пяти дней со дня его подписания подать в письменной форме замечания на протокол с указанием на допущенные в нем неточности и (или) на его неполноту.

Закон предусмотрел, что замечания на протокол рассматриваются председательствующим.

 А как же судья удостоверит правильность поданных замечаний?

Судья не может этого сделать, поскольку решение уже вынесено и сведения в нем изложены, а их редактирование в протоколе вызовет несоответствие решения  протоколу судебного заседания, что может повлечь отмену судебного решения.

Не удивительно, что  рассмотрение замечаний  на протокол судебного заседания превращается в формальное мероприятие.

Не учтено то, что председательствующий после вынесения судебного решения и изготовления протокола уже не может объективно рассмотреть поданные замечания, поскольку является заинтересованным в оставлении поданных замечаний без удовлетворения. 

Суды нередко удостоверяют правильность поданных замечаний на протокол, но только тогда, когда  замечания носят несущественный характер, т.е. не влияют на вынесение решения.

Возникает вполне логичный вопрос – а на основании какого документа удостоверяется подлинность протокола судебного заседания, или в протокол можно писать все, что хочется? Или люди безоговорочно верят судьям?

После того, как я стал освещать недостатки судебной системы и критиковать ее, на меня обрушились иски «опороченных» моими выступлениями.

Приведу пример из собственной практики. Только хотелось бы сразу оговориться, я не преследую цель «пожаловаться на жизнь», а хочу довести до широкой аудитории, как изготавливались протоколы судебных заседаний по гражданскому делу в Центральном районном суде г.Волгограда, где я являлся ответчиком. Председательствующим по делу был судья Олейников.

Про отводы, заявленные сначала судье Олейникову, а затем и всем судьям Волгоградской области, я уже писал.

Но это только начало истории.

В протоколе не в полном объеме отражены все заявления и высказывания лиц, участвовавших в деле, а также искажены сведения об исследование допустимых доказательств.

Немаловажным является то обстоятельство, что во время судебного разбирательства на столе у секретаря находился диктофон. Не знаю, кому он принадлежал, но ход судебного заседания, думаю,  был зафиксирован на   аудиоустройство.

Несмотря на это, на мой взгляд, протокол не полностью отражает ход судебного процесса, имевший место в действительности.

Все происходящее я бы оценил как комедийный сериал с неудачным подбором актеров, снятый, видимо, в угоду заместителя председателя Волгоградского областного суда по гражданским делам С.А. Чаркина. Здесь и признание допустимым доказательством копий документов при отсутствии подлинников, и DVD дисков неизвестного происхождения, передергивание фактов, и многое другое.

Интересно, чем руководствовался судья Олейников при подписании протокола судебного заседания и решения по гражданскому делу? Или он только придавал своим действиям видимость законных?

На некоторых фактах хотел остановиться подробнее.

В ходе судебного заседания секретарь вела протокол в письменном виде, не используя при этом компьютер.

Учитывая, что судебное заседание 01 июня 2012 года завершено после окончания рабочего дня (примерно в 20.

00), протокол судебного заседания имеет достаточно большой объем (более 10 страниц), он не мог быть изготовлен секретарем и тем более подписан председательствующим тем же числом —  01 июня 2012 года.

Вызывает большие сомнения и то, что в протоколе указано время закрытия судебного заседания – 17 часов 15 минут, а «в 19 часов 00 минут председательствующий возвращается в зал судебного заседания». А возможно ли объявление решения суда уже после окончания судебного заседания? Думаю, что нет.

Вышеуказанные  обстоятельства свидетельствуют о том, что, возможно, судья Олейников А.В. правосудие не осуществлял, а использовал имеющееся у него должностное положение для «фальсификации» процессуальных документов, то есть совершил служебный подлог.

Все вышеперечисленные факты явились поводом принесения моим представителем замечаний на протокол судебного заседания.

Замечания на протокол по данному гражданскому делу, составленные моим представителем, даже не были приняты к рассмотрению, так как они были поданы, якобы, не в срок.

Игнорирование судьей Олейниковым А.В. основополагающих принципов судопроизводства, повлекшее за собой вынесение явно, на мой взгляд, незаконного судебного акта, могут быть расценены лишь крайне негативно, поскольку умаляют авторитет судебной власти.

В связи с этим, направлено заявление в Следственный комитет Российской Федерации о проверке действий судьи Центрального районного суда г.Волгограда Олейникова А.В. на предмет фальсификации протоколов судебных заседаний, то есть совершении служебного подлога. Посмотрим, как будут рассмотрены эти заявления.

Думаю, что подобного рода  «фальсификации» протоколов судебного заседания носят далеко не единичный характер.

Думаю, что руководству судебной системы Российской Федерации нужно обратить внимание на данную составляющую судебного разбирательства, как ведение протокола судебного заседания.

Как правило, протоколирование ведется секретарями судебного заседания письменно без использования компьютерной техники, в результате чего из-за невнимательности или большого объема и сложности протоколируемых данных могут возникать многочисленные описки, либо такие ошибки могут возникать для умышленной фальсификации протоколов.

Доказать сведения и действия, происходившие в судебном процессе, без аудио— или видеозаписи довольно сложно.

Поэтому, на мой взгляд, во всех судах нашей страны необходимо использовать информационные технологии, в первую очередь, для обеспечения принципа равенства всех перед законом и судом.

Следует вести протоколы судебных заседаний с помощью программно-аппаратных комплексов, осуществляющих аудио— и видеозапись открытой части заседаний, с последующим опубликованием данных записей на сайтах судов в сети Интернет.

Проблемы с ведением протоколов судебных заседаний существует достаточно давно, но, несмотря на это, судебная система тратит немалые бюджетные средства на менее важные вопросы ее содержания.

А каким образом судебная система намерена поднимать свой авторитет  в глазах граждан Российской Федерации? А намерена ли вообще?… Если да, то, наверное, надо начинать с малого, хотя бы с честного протоколирования судебных заседаний.

Роль протокола судебного заседания трудно переоценить, ведь он имеет важное доказательственное значение, способствует вынесению правильного, законного, обоснованного решения, а также возможности обжаловать судебный акт.

Часто протокол судебного заседания называют «зеркалом» судебного процесса. Но, к сожалению, так получается, что мы живем в правовом «королевстве кривых зеркал».

А интересно, председатель Волгоградского областного суда С.В. Потапенко, наделенный в силу закона организационно-распорядительными функциями по осуществлению надзора за судьями в установленных законом процессуальных формах, замечает, что эти «зеркала» кривые, когда в них смотрит?

Но на этом история еще не заканчивается.

Источник: https://echo.msk.ru/blog/zsv123/917725-echo/

Крупнейший прокол законодателя?

Протокол судебного заседания как доказательство

Прежде, чем чинить правосудие, очень важно починить машину правосудия.
Евгений Ханкин

Часть 6 ст. 259 УПК РФ об изготовлении протокола в течение трех суток со дня окончания судебного заседания, очевидно, противоречит Конституции РФ.

Это означает, что приговоры выносятся не на основании протокола судебного заседания. Рассмотрим суть серьезной процессуальной проблемы.

В соответствии с ч. 6 ст.

259 УПК РФ: «Протокол должен быть изготовлен и подписан председательствующим и секретарем судебного заседания в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания.

Протокол в ходе судебного заседания может изготавливаться по частям, которые, как и протокол в целом, подписываются председательствующим и секретарем. По ходатайству сторон им может быть предоставлена возможность ознакомиться с частями протокола по мере их изготовления».

С учетом того, что согласно ч. 6 ст. 259 УПК РФ протокол должен быть изготовлен в течение трех суток со дня окончания судебного заседания, получается, что приговоры по уголовным делам в соответствии с главой 39 УПК РФ выносятся в совещательной комнате, когда протокол судебного заседания по ним еще не был изготовлен.

При отсутствии готового протокола приговор не может быть вынесен

Когда на момент вынесения приговора отсутствует изготовленный протокол судебного заседания, судья не может руководствоваться чем-то иным, в частности, своими личными записями, заметками и т.п., поскольку УПК РФ не предусматривает такую возможность. Напротив, согласно ч. 1  ст. 245 УПК РФ секретарь судебного заседания, а не судья ведет протокол судебного заседания.

Не может служить оправданием установленного порядка возможный довод о том, что судья выносит приговор на основании каких-то черновых записей секретаря, поскольку такие записи не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам ст.74, 75 УПК РФ.

Заметки секретаря о проведенных судебных заседаниях приобретают юридическую силу только после окончательного изготовления протокола и его подписания судьей. Является несостоятельным и смешным возможный аргумент о том, что судьи, находясь в совещательной комнате без готового протокола, способны выносить приговоры по памяти.

Такое возможно, если оперативная память головного мозга среднесписочного судьи будет равна оперативной памяти среднего компьютера. Даже судьи, имеющие феноменальную память (коих наберется немного), спустя несколько месяцев начнут забывать услышанное, а к моменту вынесения приговора – выпустят из памяти многие важные детали показаний и состоявшихся баталий.

Да и, собственно, зачем выносить приговор по памяти, если УПК предусмотрел необходимую подсказку в виде протокола судебного заседания? Апологеты ч. 6 ст. 259 УПК РФ могут привести только один приличный аргумент: в стране 70% всех уголовных дел рассматривается в особом порядке, где протокол судебного заседания в совещательной комнате вообще не нужен.

Но ведь, к счастью, пока еще не 100%, а следовательно, обозначенная проблема касается 30% всех дел, а это ни много ни мало около 300 000 дел в год. При отсутствии изготовленного протокола судебного заседания, находясь в совещательной комнате, судья не может выполнить требования целого ряда процессуальных норм.

Так, в соответствии с ч. 4 ст.

302 УПК РФ «обвинительный приговор не может быть основан на предположениях и постановляется лишь при условии, что в ходе судебного разбирательства виновность подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью исследованных судом доказательств». Суд не может прибегнуть к исследованным доказательствам, когда протокол еще не готов.

В соответствии со ст.

307 УПК РФ «описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать: 1) описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления; 2) доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства; 3) указание на обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а в случае признания обвинения в какой-либо части необоснованным или установления неправильной квалификации преступления – основания и мотивы изменения обвинения; 4) мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания, освобождению от него или его отбывания, применению иных мер воздействия».

Очевидно, что суд без готового протокола судебного заседания не способен изложить описательно-мотивировочную часть обвинительного приговора, привести доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства, и решить иные вопросы, предусмотренные ст. 307 УПК РФ.

При отсутствии изготовленного протокола судебного заседания суд не вправе делать выводы о виновности подсудимого в совершении преступления. Это означает, что весь УПК РФ со своими нормами, правами, обязанностями и гарантиями превращается в фикцию, поскольку выносимый судебный акт изначально нелегитимен.

Не спасает и изготовление протокола по частям

Хотя и согласно ч. 6 ст. 259 УПК РФ «протокол в ходе судебного заседания может изготавливаться по частям, которые, как и протокол в целом, подписываются председательствующим и секретарем», что не исключает возможность изготовления протокола судебного заседания в большей его части на момент вынесения приговора, вместе с тем данная норма не спасает от нарушения конституционных прав.

Во-первых, по ее смыслу, протокол может изготавливаться по частям, то есть судья вправе, но не обязан его изготавливать до вынесения приговора. По подавляющему большинству уголовных дел судьи отказываются изготавливать весь протокол суда до вынесения приговора, объясняя это большой загруженностью своего секретаря.

Во-вторых, протокол в ходе судебного заседания может изготавливаться по частям и предоставляться для ознакомления сторонам только по их ходатайству.

Так, согласно ч. 7 ст. 259 УПК РФ «ходатайство об ознакомлении с протоколом судебного заседания подается сторонами в письменном виде в течение 3 суток со дня окончания судебного заседания».

Если ходатайства не последовало, то суд не станет изготавливать протокол по частям. В-третьих, согласно сложившейся практике, почти по всем уголовным делам протокол судебного заседания изготавливается после вынесенного приговора.

В-четвертых, даже если предположить, что протокол по ходатайству стороны мог быть изготовлен в ходе судебного заседания, то он в любом случае был бы неполным, поскольку не включал бы в себя важную стадию судебных прений, где стороны в консолидированном виде излагают свою позицию, что наиболее важно для суда при постановлении судебного акта. Сложившаяся на основании ч. 6 ст. 259 УПК РФ правоприменительная практика, когда на момент судебных прений протокол суда еще не готов, способствует тому, что стороны приводят свои аргументы, основанные на субъективном восприятии исследованных в суде доказательств, а не на официальном протоколе, достоверность которого ими предварительно проверена в установленном порядке и утверждена судом.

Формальная и бесполезная процедура

Часть 7 ст. 259 УПК РФ также является противоречащей Конституции РФ, так как представляет собой пустую и формальную процедуру подачи замечаний на протокол судебного заседания, когда приговор уже вынесен и показания допрошенных лиц изложены в удобной для суда интерпретации.

Закон предусмотрел, что замечания на протокол рассматриваются председательствующим.

Однако не учтено то, что председательствующий после вынесения судебного решения и изготовления протокола, подведенного под это решение, уже не может объективно рассмотреть поданные замечания, поскольку является заинтересованным в оставлении поданных замечаний без удовлетворения, а апелляционных жалоб и представлений – без изменения. Судья не может удостоверить правильность поданных замечаний, поскольку приговор он уже вынес и показания в нем изложил, а редактирование показаний в протоколе вызовет несоответствие приговора протоколу судебного заседания, что может повлечь отмену приговора.

Решение проблемы

Совершенно очевидно, что в УПК РФ должны быть внесены изменения: протокол судебного заседания должен быть изготовлен до начала судебных прений, стороны получить возможность с ним заблаговременно ознакомиться, принести замечания, а судья – их рассмотреть в установленном порядке.

Суд, уходя в совещательную комнату, должен уносить с собой не только восприятия, ощущения и представления об услышанном и увиденном, но и изготовленный и проверенный сторонами протокол судебного заседания.

При нынешней крайне странной процессуальной процедуре изготовления протоколов судебного заседания уже после вынесенного приговора совсем неудивительно, что судьи нередко пишут в приговорах не то, что имело место в судебных заседаниях, а то, что им захочется, а замечания на свою импровизацию без тени смущения отклоняют. Части 6, 7 ст. 250 и ст.

260 УПК РФ являют собой наиболее откровенные примеры правовой бессмыслицы. Результатом действия ст. 259 УПК РФ в ее нынешней редакции становятся нарушения прав граждан на справедливый суд, установленные ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также нарушения ряда норм Конституции РФ (ч. 1 ст. 46, ч. 1 ст. 49, ч. 3 ст. 123 и иных).

Мое обращение в Конституционный Суд РФ с жалобой на неконституционность ч. 7 ст. 259 УПК РФ было возвращено письмом от 30 августа 2016 г. по формальным основаниям.

Но допустимо ли оставаться равнодушными к столь вопиющей и кричащей процессуальной проблеме отечественного правосудия?

Стать автором

Источник: https://www.advgazeta.ru/mneniya/krupneyshiy-prokol-zakonodatelya/

Протокол судебного заседания как объективный показатель справедливого правосудия в уголовном процессе

Протокол судебного заседания как доказательство

Мне хотелось бы напомнить читателям о том, что совсем скоро начнут действовать поправки федерального законодателя об обязательном аудиопротоколировании судебных разбирательств по уголовным делам.

СОЮ технически уже готовы к указанной информационной новелле и на сколько мне известно, юридическое сообщество (в первую очередь адвокаты) положительно оценивают такие нововведения.

Протокол судебного заседания сопоставим по своей важности и смысловой нагрузке с итоговым процессуальным решением, поэтому предлагаю Вашему вниманию мою статью по данной тематике, которая ранее была опубликована в журнале “Уголовный процесс” в мае 2018 года.

Возможно субъектиные авторские мнения и правовые позиции высших судов будут полезны читателям, чья деятельность связана с уголовным судопроизводством. 

И так….

Положения 6 статьи Конвенции «О защите прав человека и основных свобод 1950 года» включают в себя комплекс процессуальных гарантии, каждый из которых образует самостоятельный правовой аспект справедливого судебного разбирательства независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона.

Конституционный Суд России, признавая справедливость конституционным принципом, неоднократно в своих правовых позициях указывал на то, что правосудие может признаваться таковым лишь при условии, что оно отвечает требованиям справедливости и обеспечивает эффективное восстановление в правах, что предполагает в рамках уголовного судопроизводства установление на основе всех исследованных доказательств обстоятельств происшествия, в связи с которым было возбуждено уголовное дело, его правильную правовую оценку, выявление конкретного вреда, причиненного обществу и отдельным лицам и действительной степени вины лица в совершении инкриминируемого ему деяния.

Статья 259 Уголовно – процессуального кодекса РФ устанавливает перечень действии и событии, которые в обязательном порядке должны быть отражены в протоколе судебного заседания.

В случае, обнаружения недостатков в протоколе судебного заседания, которые недостоверным образом отражают ход процесса, участники уголовного дела, ознакомленные с протоколом, вправе подать свои письменные замечания в порядке, установленном статьей 260 УПК РФ.

Приведенные положения закона позволяют говорить о том, что действующий УПК РФ предъявляет к протоколу судебного заседания достаточно жесткие требования, соблюдение которых возлагается на суд.

От точного и достоверного изложения в протоколе судебного заседания всех событии, возникающих в ходе рассмотрения уголовного дела, зависит полнота и объективность фиксации хода процесса, что позволяет вышестоящим судебным инстанциям оценить как достоверность исследованных в судебном заседании доказательств, так и проверить законность и обоснованность промежуточных судебных решении, а в совокупности решить – соответствовал ли уголовный процесс требованиям справедливого судебного разбирательства. Анализ судебной практики позволяет говорить о том, что порой суды первой инстанции допускают существенные нарушения при составлении и изготовлении протокола судебного заседания. 

Причины данных ошибок заключаются как в абстрактной конструкции отдельных положении ч.3 ст. 259 УПК РФ, так и в отсутствии четкого понимания их правового содержания. 

Базовая правовая позиция, касающаяся смысла протокола судебного заседания как одного из важнейших процессуальных документов закреплена в Определении 02 июля 2009 года №1014 – О – О, в котором Конституционный Суд РФ указал, что требования к ведению протокола судебного заседания, установленные ч. 3 ст.

259 УПК РФ, предопределяют его значение как процессуального документа, который призван достоверно и последовательно отражать ход судебного разбирательства, способствовать постановлению приговора в соответствии с доказательствами, исследованными в судебном заседании, и обеспечивать возможность контроля со стороны вышестоящих судебных инстанции за выполнением судом требований закона при разрешении уголовных дел. В Постановлении от 14 июля 2017 года №21 – П, Конституционный Суд РФ указал, что протокол судебного заседания служит одним из средств проверки и оценки законности, обоснованности и справедливости приговора, установления основании для отмены или изменения судебного решения, и тем самым способен оказать в зависимости от полноты правильности существенное влияние на разрешение дела в вышестоящем суде.

Следует напомнить, что протокол судебного заседания по смыслу положении п. 5 ч. 2 ст.

74 УПК РФ является производным доказательством, допустимость и достоверность которого в безусловном порядке проверяется вышестоящей инстанцией при анализе законности итогового решения по уголовному делу. В силу п. 11 ч. 2 ст. 389.

11 УПК РФ отсутствие в уголовном деле протокола судебного заседания является безусловным основанием для отменены судебного решения. При этом, отсутствие протокола аналогично по своему смыслу наличию в деле ненадлежащим образом оформленного протокола судебного заседания.

К примеру, Верховный Суд РФ в Определении №46 – УД17 – 3 указал, что отсутствие протокола в том виде, в каком он должен быть оформлен и содержать необходимые реквизиты в соответствии с требованиями УПК РФ, свидетельствует о несоблюдении судом обязательной к исполнению процедуры фиксации уголовного процесса, что ставит под сомнение законность и обоснованность вынесенного приговора. Верховный Суд РФ уточнил, что нарушением будет считаться, когда части протокола судебного заседания не будут подписаны секретарями судебного заседания, которые их составляли, так как полнота и правильность изложения хода судебного заседания и исследования доказательств надлежащим образом не заверена.

В свою очередь, Пленум Верховного Суда РФ №51 от 19 декабря 2017 года «О практике рассмотрения уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)» в пункте №22 указал на необходимость составления протокола судебного заседания в точном соответствии с требованиями статьи 259 УПК РФ.

Такая «косметическая» рекомендация со стороны высшей судебной инстанции имеет под собой серьезную основу и по своему смыслу направлена на повышение внимания нижестоящих судов к качеству составления протоколов судебных заседании.

Не секрет, что лица, обращающиеся с жалобой в Европейский суд по правам человека на нарушение статьи 6 Конвенции, в качестве подтверждения своих доводов, прикладывают к формуляру жалобы, в том числе и копии из протокола судебного заседания, содержание которых, по мнению заявителя, указывает на нарушение справедливого судебного разбирательства при рассмотрении уголовного дела на национальном уровне.

Рассмотрим толкование судами положения ч.4 ст. 259 УПК РФ в контексте применения к подсудимому, нарушившему порядок, меры дисциплинарного воздействия в виде удаления из зала судебного заседания до окончания прении сторон на основании ч.3 ст. 258 УПК РФ.

Поскольку удаление из зала судебного заседания фактически лишает подсудимого права на непосредственное участие в уголовном деле, тем самым ограничивая возможность представления доказательств и обсуждения иных вопросов, возникающих в ходе судебного следствия, то суд в протоколе судебного заседания обязан указать фактические обстоятельства допущенных подсудимым нарушений порядка в ходе судебного заседания и привести достаточные аргументы в обоснование вывода о необходимости его удаления до окончания прении сторон (Определение Конституционного Суда РФ от 19 февраля 2009 года №108 – О – О) .

Отсутствие в протоколе судебного заседания четкого описания конкретных и умышленных нарушении порядка, допущенных подсудимым свидетельствует о незаконности его удаления из зала суда и как следствие является нарушением права на справедливое судебное разбирательство, предусмотренное статьей 6 Европейской конвенции, что влечет отмену состоявшегося приговора с направлением уголовного дела на повторное рассмотрение. (Кассационное определение Верховного Суда РФ от 28 ноября 2012 года №35 – О12 – 26СП и Постановление ЕСПЧ по делу «Идалов против Российской Федерации» ).

Фиксация хода судебного заседания. Актуальным в правоприменительной практике является применение положении ч.5 ст. 259 УПК РФ, которые предусматривают возможность осуществления фотографирования, аудио и видеозаписи, киносъемки хода судебного заседания, которые становятся неотъемлемой частью протокола судебного заседания.

Источник: https://zakon.ru/blog/2019/6/6/protokol_sudebnogo_zasedaniya_kak_obektivnyj_pokazatel_spravedlivogo_pravosudiya_v_ugolovnom_process

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.